Семейная перезагрузка: сильнейшая лыжница края последних лет рассказала, как привыкает к новой роли

Когда в марте 2021 года Яна Денисова, тогда ещё Кирпиченко, стала серебряным призёром чемпионата мира в эстафете, казалось, что это только начало. Но оказалось, что это была вершина, после которой результаты стремительно пошли вниз. В ноябре 2024 года спортсменка завершила карьеру. От интервью она упорно отказывалась, но сейчас согласилась честно рассказать, что с ней происходило в эти годы.

Бах, и день прошёл

За несколько месяцев до завершения карьеры Яна, тогда ещё Кирпиченко, вышла замуж за Никиту Денисова, сильнейшего действующего лыжника края, сына участника Олимпиады и призёра чемпионата мира Виталия Денисова. А пару месяцев назад я встретил Яну на «Лыжне России», и оказалось, что она уже не только жена, но и мама — дочке Лее восемь месяцев. И наше интервью на прошлой неделе мы записывали как раз во время прогулки с самой младшей из Денисовых. Компанию нам составила домашний любимец спортсменки вельш-корги Айси.

— Яна, почему такое имя — Лея?

— Когда выбирали, понимали, что почти все имена с кем-то ассоциируются. Хотелось имя редкое и необычное, так и появилось Лея.

— Как тебе роль мамы?

— Сначала было непривычно, тяжело, хотя я настраивалась на это во время беременности. Сейчас, конечно, не представляю себе ни дня без Леи. Никита выходит гулять с дочкой и собакой, дома сразу пусто, думаешь, как мы раньше без них жили?! Нравится проводить время дома с ребенком, собакой. Одно, другое — бах, и день прошёл.

— Ощущения дня сурка нет?

— Когда были сильные морозы и никуда не выходили — да, одно и то же каждый день. А так мы мобильные, и когда погода хорошая, постоянно куда-то выбираемся. Видела, что сейчас мамочки даже бегают с колясками. Или, пока ребёнок в коляске спит, сами на площадке тренируются. Но я такое ещё не практиковала.

— А когда Никита на соревнованиях, как справляешься? Бабушка Наталья (мама Яны. - Прим. авт.) и дедушка Виталий помогают?

— И они, и бабушка Марина, мама Никиты. Все помогают, так что есть время и отлучиться, и покататься на лыжах, и побегать, пусть и ненадолго.

— Споры, на кого дочь похожа, часто бывают?

— Нам с Никитой без разницы. Но окружающие выясняют. Приходят к выводу, что больше на Никиту.

Форму держу, бегаю

— Когда последний раз на лыжи вставала?

— На закрытии сезона на «Лыжне здоровья». С Ярославом, младшим братом Никиты, кружок прокатились. Можно и больше было, но дочь пока надолго не оставляю.

— То есть форму держишь.

— Стараюсь. В этом году меня позвали стать амбассадором «Забега.РФ». Заявилась на пять километров, так что начала тренироваться. После того, как завершила карьеру, вообще не хотелось ничего, связанного со спортом. А сейчас отдохнула и готова к активности чуть ли не каждый день. Соревноваться пока нет желания, но просто пробежать — вполне.

— За миром лыжных гонок следишь? Олимпиаду смотрела?

— Да, но не все гонки — когда получалось. Но особо не слежу. В России все, с кем выступала, в основном уже тоже закончили. Так что смотрю, как правило, только гонки с Никитой. Ну вот был позавчера финал Кубка России в Кировске «Большой Вудъявр», масс-старт в гору 10 км по аналогии с «Тур де Ски» — посмотрела, как девчонки бежали. Когда парни начали, мы гулять ушли.

— Будут выборы главы объединенной федерации лыжных видов спорта. Это тебе интересно?

— За этим уже не слежу. Никита что-то рассказывает, можем обсудить какие-то новости. Но сама не отслеживаю.

Ни удовольствия, ни результата

— В ноябре 2024 года ты объявила о завершении карьеры. Тяжело оно далось?

— Если бы не думала об этом последние пару лет, было бы тяжело. А так решила еще весной 2024 года. Но не порола горячку, ещё тренировалась дома, думала, вдруг появятся силы, желание, что-то произойдёт, и захочется ещё раз попробовать. Но с каждым днем понимала, что всё-таки нет. Параллельно начала пробовать себя в другом деле, занялась визажем. Понимала, что нужна пауза, перезагрузка, не готова ни морально, ни физически оставаться в профессиональном спорте. Когда ты завершаешь на хорошей ноте — это тяжело. А когда ты уже не то что за призовые места не борешься, а просто думаешь, как бы тебе физически добежать до финиша, это показатель, что твоё время закончилось.

— Слезы были?

— Нет, абсолютно спокойно.

— А потом были мысли, чтобы вернуться?

— Тоже нет. Я ещё до объявления о решении задумывалась о беременности, а там вскоре уже и подготовка к рождению ребёнка началась. Ну, а сейчас тем более нет. Мама ещё думала, что, может быть, после родов восстановлюсь, вернусь. Но глядя на меня, смирилась, что этого не будет.

— В теории можно было, наверное, остаться в ЦСП, бегать на Сибири, получать зарплату.

— Не мой вариант. Если решила, то решила, сразу сообщила об этом.

— Ещё за сезон до этого ты говорила, что есть силы, хочется побегать, попытаться вернуть форму.

— Тогда желание было. И в тот сезон какие-то гонки точечно были хорошими. А вот в следующем уже всё. Прекрасно помню свое самочувствие на сборах перед Спартакиадой сильнейших. В конце была контрольная тренировка, и я пока дошла до стадиона, уже устала. Физическое состояние было никакое, постоянно болела.

— Ещё ты говорила, что будешь выступать, пока получаешь удовольствие. Получается, перестала?

— Не всегда бегаешь в удовольствие, но это надо компенсировать результатом. А если нет ни того, ни того — это мучение.

— Есть какая-то конкретная гонка, точка невозврата, после которой ты поняла, что всё?

— Нет, всё было плавно. Когда заходила в свой последний сезон, ещё теплилась надежда. Но в первой гонке поняла, что всё. Решили оставить только классический ход, конёк не бегать. Но потом поняли, что и классика уже не получается. Всё было очевидно, к чему идёт.

— Получается, что последним твоим стартом была Спартакиада сильнейших. Как тебе вообще внутренние соревнования последних лет?

— По уровню в целом всё стало здорово. Хорошо, что «Матч ТВ» показывает все гонки, хоть люди узнали спортсменов и вообще, что есть такой спорт. Потому что до этого показывали биатлон, и когда говорила, что я лыжница, спрашивали: «Вы же ещё и стреляете?». По организации тоже стало хорошо.

— С кем-то из лыжного мира связь поддерживаешь?

— С Настей Седовой, сейчас Кулешовой, на связи часто, пару раз в неделю. С Юлией Ступак пореже, но тоже в хороших отношениях. Может быть, летом девчонки с детьми приедут сюда, на Алтай. С Наташей Непряевой общаемся, Христиной Мацокиной. Да почти со всеми, с кем начинала в команде.

— А с Еленой Вяльбе?

— Елена Валерьевна меня с днём рождения в январе поздравляла. Прошлым летом она приезжала на Алтай, но мы не виделись. Когда объявила о завершении карьеры, написала ей, поблагодарила за годы в команде. Она пожелала удачи в новой жизни.

— У вас же с ней были разные отношения.

— Да. Но постепенно как-то сблизились, всё стало нормально, и по сей день хорошо.

Болела и терпела

— Мартовскую эстафету на чемпионате мира 2021 года хоть раз пересматривала?

— Нет, ни разу. Это было здорово, но помню, что настолько была выжата как лимон и эмоционально, и физически, что радость была притуплена. Получилось — и хорошо, будто галочку поставила. Когда на следующий год не попала на Олимпиаду, то осознала ценность этой медали, что всё-таки не зря была в спорте. А тогда была тяжелейшая подготовка, с декабря тренировалась под руководством Юрия Викторовича Бородавко, он давал сложнейшую «физику», постоянный контроль по питанию, бесконечные массажи, разминки, растяжки — ни минуты свободной. Так что после чемпионата мира выдохнула — и всё.

— До эстафеты турнир у тебя складывался не очень.

— Нет, скиатлон неплохо получился (10-е место. — Прим. авт.). А потом была эстафета и после нее марафон на 30 км классикой. На него выходила уже с проблемами, беспокоил нос, моя хроническая проблема. Юрий Викторович вообще был против, чтобы гонку бежала. Но не хотелось отказываться. На дистанции два раза упала, но в целом не пожалела, что бежала, и результат был достаточно неплохим (12-е место. — Прим. авт.).

— Серебро эстафеты чемпионата мира или личное золото молодёжного первенства мира — что круче?

— Взрослая медаль более ценная. Юниорские, молодёжные не так ощутимы. Но по эмоциям памятнее молодёжная победа, всё-таки вообще тогда не рассчитывала, что может быть индивидуальная награда. Но тот сезон получился хороший, и медаль была не выстраданная, всё давалось легко.

— После чемпионата мира — 2021 ты виделась однозначной участницей Олимпиады-2022. В какой момент что-то сломалось?

— Лето после чемпионата мира прошло хорошо, осень началась тоже. А в октябре появились сложности со здоровьем, стала набирать вес, сильно пухнуть, возникли гормональные проблемы. Но закрывали на это глаза, думали с тренером, что надо потерпеть, осталось три-четыре месяца, потом можно заниматься здоровьем. На первых стартах я думала, что разбегаюсь, всё наладится. А потом в январе был «Тур де Ски», где поняла, что если и поеду на Олимпиаду, то для попадания в эстафетную команду должно произойти чудо. Говорили, что на место в сборной претендую я и Маша Истомина. В итоге появилась Вероника Степанова, которая и поехала на Олимпиаду. А на «Тур де Ски» перед классической гонкой в Валь-ди-Фьемме тренеры говорили, что смотрят на меня и Лилию Васильеву. И, как сейчас помню, видела убегающую от меня спину Лилии и прощалась с Олимпиадой. После этого уже ничего не хотелось. Вернулась домой разбитая, через пару недель начала разбираться со здоровьем, потому что проблемы ещё больше усугубились.

— Золотую эстафету в Пекине смотрела?

— Да, рыдала.

— От обиды или от радости?

— От всего. Радовалась за девчонок, с которыми дружила. Но и мысли, что там могла быть я, конечно, были. Всегда был принцип: кто едет на чемпионат мира, тот едет и на Олимпиаду. И я два года подряд каждый день думала: в какой момент пошло не так, можно ли было исправить?

— Нашла ответ?

— Думаю, если бы продолжила подготовку с личным тренером (Артемием Гельмановым. — Прим. авт.), может, был бы шанс. Но это не точно, а точно уже никогда не узнаем. Погубило то, что очень сильно хотела на Олимпиаду. Сезон перед чемпионатом мира готовилась с личным тренером, в группе Бородавко была только три месяца. А перед Олимпиадой был почти год жёсткой работы с ним. Такое только Наталья Непряева со своим здоровьем может потянуть.

— Многие говорили, что ты не выдержала подготовки у Бородавко. Насколько с этим согласна? И вообще, что у него такого, что мало кто «выживает»?

— Дело не только в самой подготовке, у каждого тренера есть своя жёсткость, свои методы. Но у Юрия Викторовича ещё и эмоционально было всё жёстко. С Артемием Владимировичем мы могли поговорить, обсудить. Он меня знал от и до, где ещё сверху часик работы, а где поберечь. У Бородавко такого не было. И когда проблемы начались, можно было сбавить в объёмах, оборотах. Это бы так сильно не задавило. Но сделали вид, что проблемы не существует.

— А поговорить с ним?

— Мне казалось, что делаю, тяну, вроде все нормально. А впереди Олимпиада, справлюсь, разбегусь. Я привыкла доверять тренеру, делать, что говорят.

— Гельманов что-то говорил в этот период?

— У него хорошая привычка: если спортсмен работает с другим тренером, он в его тренировочный план не лезет. Он мне как отец, столько лет с ним проработали. Позицию озвучить он может, но вмешиваться в процесс не будет.

— Ещё за сезон до чемпионата мира ты была в группе Маркуса Крамера. И его схема тебе тоже не слишком подошла. Что было у него?

— Его система и методика Бородавко разные. У Крамера работали практически без выходных, только некоторые дни были разгрузочные. И сами тренировки выстроены по-другому. То, что работа у Маркуса мне не подошла, тоже нормально. И у Непряевой было так, а вот у Бородавко ей было хорошо. Спортсмену важно найти не просто своего тренера, а еще и в определенный период.

— С психологом не работала?

— Пыталась. Но тоже своего не нашла.

— Ты тогда ещё постоянно заболевала ковидом, даже перед чемпионатом мира.

— Да, вообще чудо, что улетела в Европу на подготовку. Мы были в Тюмени, часть команды уже улетела, мы возвращаемся с тренировки — смотрю, стоят чемоданы. Значит, кто-то не улетел, у кого-то ковид, а мы с ними контактировали. Сдали тест, нормально. На месте сдаем повторный, вскоре приходят к нам с Юлией Ступак, с которой вместе жили, говорят: переезжайте, у вас положительные тесты. А чувствовала себя нормально. И после этого болела и часто.

— Следствие нагрузок?

— Думаю, да, организм подвел. Раза по четыре за год был и гайморит, и ковид. Самое интересное, с тех пор, как завершила карьеру, почти за два года ни разу не болела.

— Сейчас у Никиты, который тоже был в группе Бородавко, похожая история.

— Да, и он тоже примерно в таком же состоянии. Узнаю в этом всем себя, больно на это смотреть. Этот год Никита был в группе Егора Сорина и, по моим наблюдениям, особо не восстановился. Но надо учитывать, что он и не на диване лежит. Может, чуть больше времени должно пройти.

Остаться в спорте

— Какую оценку себе за карьеру поставишь?

— Думаю, 8 из 10. Да, есть упущенные моменты. Но всё равно выбраться из Рубцовска, взять медали на юниорском, молодёжном, взрослом чемпионатах мира дорогого стоит. Да, не все получилось, но и не всем становиться олимпийскими чемпионами. Конечно, анализируешь, как бы сделал тут, там. Многое что бы поменяла, еще и часто менялись тренеры, причем меняла не сама. Из юниоров уходишь в молодежную группу — смена, потом ещё одна.

— Объясни, за счёт чего из Рубцовска вышло столько сильных лыжников?

— Трудности закаляют. Живёшь там, ничего не видишь. А потом выезжаешь куда-то, и представление о жизни меняется. В первый раз приехали в Барнаул на легкоатлетический кросс — поразилась, какой тут лес, трасса. И уже задумалась, что было бы здорово тут жить, тренироваться. Тренер Андрей Геннадьевич Астанин привил любовь к спорту, мама со мной много занималась. А потом пошло по накатанной, хотя не сразу. На первые краевые соревнования приехала, оказалась в третьем десятке, да еще и в день рождения. Но появился азарт. В Рубцовске ничего нет, даже трассы. Прежде, чем кататься, надо было самим её натоптать. И спорт был мотивацией добиться чего-то, куда-то уехать.

— Но из Алтайского края ты уезжать никогда не стремилась.

— Мне очень нравится наш край. В Питере, Москве мне тяжело. Туда здорово приехать на недельку погулять. И то как-то летом на межсборье с мамой в Питере оставались, большой город давил. Тут мне нравится, что мы рядом с лесом, не надо никуда ехать, чтобы покататься на лыжах. До Горного Алтая три-четыре часа на машине. Да, до центральной части страны долго добираться, но и не так часто туда путешествую. Мне комфортно тут. Был момент, когда нравился Новосибирск. Но сейчас он стал серым, угрюмым.

— Остаться в спорте ты бы хотела?

— Сейчас появляются такие мысли. Хотя мне нравится и то, чем я начала заниматься до беременности, — визаж, помогать людям готовиться к свадьбам, другим важным мероприятиям. Приятно быть причастным к красоте, хорошим событиям в жизни людей. Встаёшь в пять утра, берёшь косметички, едешь к невесте. Но, отдохнув, понимаю, что и спорт не отпускает.

— Ольга Сементина после завершения карьеры даже лыжной федерацией края поруководила и свою школу открывала. Тебе что ближе?

— Вообще не знаю. Мысли крутятся, но в ближайшее время мой маленький человек меня от себя не отпустит, так что что-то загадываю, но конкретно не планирую. Определюсь ближе к выходу из декрета.

— Когда Лею будете ставить на лыжи?

— Думаю, сама попросит. Куда ей деваться, вся семья катается.

— Понятно, что с Никитой вы знакомы давно. А кто на кого обратил внимание?

— Всё само получилось. Я ушла из сборной, тут еще ковидные ограничения начались, мы вместе поехали на сбор, вместе жили, тренировались. И как-то общались, сдружились. Он меня поддерживал, помог выбраться из эмоциональной ямы, а я тогда вообще ни с кем общаться не хотела. Начиналось все просто с дружбы, никто о серьёзных отношениях не думал, тем более у нас и разница в возрасте. Но со временем поняли, что если нам комфортно и хорошо вместе — почему нет? Это самое важное, в первую очередь быть друзьями и смотреть в одном направлении.

— Кстати, как-то принято, что если не ровесники, то парень должен быть старше. А у вас ты старше на 6 лет, не смущало?
— Да сейчас уже нет такого. В команде было много девчонок, которые старше своих парней. Все-таки мы не школьники. Это в юности разница чувствуется, когда за 20, все выравнивается.

— В разгар карьеры ты активно вела соцсети.
— Сейчас немного устала от того, что в них надо заходить обходными путями. Но планирую возобновлять. Чем бы ни занимался, они нужны для продвижения, хоть в бьюти-сфере, хоть в спорте.

Справка «ВБ»

Яна Денисова — бронзовый призер юниорского первенства мира, победитель молодежного первенства мира, чемпионка и трехкратный бронзовый призер Всемирной универсиады, серебряный призер чемпионата мира в эстафете.

Ярослав Махначёв, «Вечерний Барнаул», 22.04. 2026.