Сергей Клевцов: «Мне интересно, что будет дальше». Заслуженному тренеру России - 65 лет

В этом году у главного тренера краевого Центра спортивной подготовки и тренера сборной России по лёгкой атлетике Сергея Клевцова большие перемены. Сам он такой же, как всегда. Шутит: «Чувствую себя как в 64″. Он по-прежнему энергичный в работе и беспощадный в оценках, требовательный к ученикам и себе, азартный на баскетбольной площадке. Перемены произошли вокруг него: ушёл из большого спорта чемпион мира в барьерном спринте, рекордсмен России Сергей Шубенков, с которым Сергея Александровича связывали долгие годы сотрудничества, в конце лета объявила о переходе к другому тренеру - своему мужу Алексею Пятачу - неоднократная чемпионка страны в барьерном беге Виктория Погребняк, группа Клевцова в Алтайском училище олимпийского резерва поредела едва ли не наполовину: пришло время естественной смены поколений.

Для Сергея Клевцова это новый вызов. „Будем побеждать не числом, а умением“, - говорит он, повторяя формулу успеха знаменитого полководца Александра Суворова. За будущее Клевцов не волнуется. Его тренерский авторитет настолько высок, что невостребованность ему уже не грозит. Сейчас он выбирает, с кем работать. В его легкоатлетической группе в Алтайском училище олимпийского резерва появилась молодая перспективная спортсменка из Славгорода, на сборы в Адлере, где Сергей Клевцов встречает юбилей, подъехал рекордсмен России в беге на 400 метров москвич Фёдор Иванов, ещё с весны договаривавшийся о сотрудничестве, „стучатся в двери“ другие сильные спортсмены с амбициями, которых, видимо, вдохновляет прогресс в Барнауле Анны Садовничевой - девушки из Астрахани, которая за два года доросла с Клевцовым до чемпионки России в беге на 400 метров, выиграв в нынешнем летнем сезоне титул с личным рекордом.

Чем хорош юбилей, он даёт повод поговорить не только о настоящем, но и о дороге, которая пройдена. Наш разговор с Сергеем Клевцовым состоялся накануне его отъезда на плановые сборы в Адлер.

Несостоявшийся Хуанторена

- Однажды вы сказали, что нет интереснее работы, чем тренерская. Вспомните, с чего началась для вас лёгкая атлетика, с которой вы связали жизнь и как спортсмен, и как тренер?

- Школьной товарищ Миша Нагубнев на рубеже 8−9 классов привёл меня в легкоатлетическую группу Юрия Петровича Захарова.

Спортивным я был всегда. Неплохо получалось в хоккее - и в воротах, и в поле. На барнаульской площади Спартака во времена моего детства располагалось спортобщество „Труд“, детская хоккейная команда при нём называлась „Агрегат“: я прошёл просмотр, меня взяли играть на первенство города и в других турнирах. Отметился немного в футболе, хотя в этом виде спорта никогда себя не видел. Какое-то время занимался дзюдо во Дворце пионеров на Жилплощадке. В секции борьбы старшим тренером был Виктор Викторович Репин, а я тренировался у Александра Васильевича Савилова - это был динамовский филиал. Пересекался в это время с Алексеем Таскиным, Виктором Ботвиным, Владимиром Шкаловым, другими дзюдоистами и самбистами, ставшими потом известными борцами, они были моими сверстниками и чуть постарше. Начинали мы во Дворце пионеров как самбисты. Помнится, мама мне настоящую самбистскую куртку из Москвы заказала…

Бегал я тоже резво - во всяком случае во дворе, поэтому и подался за компанию со школьным другом в лёгкую атлетику. Почему в ней остался? Я всегда об этом говорил - повлияла личность Захарова. Позже я работал и с другими тренерами, но по масштабу никто с Петровичем не был сопоставим.

Начинал я как бегун на 400 метров. По субботам Захаров проводил контрольные тренировки: 30 метров разбегаемся, а потом он чистую скорость определяет. У Юрия Петровича уже тогда, ещё до Шубенковой (многократной чемпионки СССР по семиборью, призёра чемпионата Европы, участницы Олимпийских игр-1988. — Прим. „АС“), была серьёзная группа многоборцев: Березикова, Шульженко, Трусова, Столбова, Головина, старший Рябушкин - все мастера спорта или под мастеров. И вот всех их я каким-то чудом превзошёл! Захаров начинает старожилов подкалывать: начинающий вас обставил. А мне говорит: „Ты, Серёга, со старта бежишь не очень быстро, поэтому будешь у нас Хуантореной“. Альберто Хуанторена - это кубинский бегун, олимпийский чемпион 76-го года на дистанциях 400 и 800 метров. И определил мне специализацию - 400 метров.

В двух соревнованиях я на этой дистанции выступил. Первый раз в Бийске - там появился первый в крае обрезиненный стадион „Прогресс“. Я входил в команду ДЮСШ Центрального района, её представителем был Владимир Иванович Остроухов. Помню, что 400 метров пробежал за 54,2 секунды - в призы не попал. А 200 метров то ли за 24,1 или 24,2 сбегал. Потом была эстафета 4 по 400 метров.

А у нас за командное первенство с Бийском заруба страшная. И вот я бегу 400 метров на последнем этапе с парнем из Тогула (или Тягуна) - победителем личных соревнований. Ребята мне потом рассказывали, Остроухов говорит: „Сейчас он проиграет эстафету, и я его тут же придушу“. В шутку, конечно, говорил. Но я выиграл! И даже это не сподвигло меня дальше бегать 400 метров. Ну не моё это!

Уже самостоятельно стал больше внимания уделять прыжкам в длину (Сергей Клевцов до сих пор действующий рекордсмен края в этой дисциплине с результатом 7 метров 86 сантиметров. — Прим. „АС“). Захаров особо за мной не следил, у него была серьёзная группа многоборцев. Но после тренировки мы собирались вместе, я восхищался, насколько доступно он доносил до всех свои мысли. Его манера общения, интеллектуальная культура настолько на меня подействовали, что я остался в лёгкой атлетике и ничего больше не искал.

- Как считаете, вы на него похожи?

- Лучше об этом спросить у окружающих. Но я, думаю, скорее да, чем нет.

Настоял на своём, хотя отец был против

- Родители одобряли ваши занятия спортом?

- Мама всегда поддерживала, была на моей стороне. В детстве со мной произошёл несчастный случай - попал под трактор. Это был третий класс. Я получил столько диких травм! Даже перечислять их не буду. После этого меня поставили на медицинский учёт, дорога в спорт была заказана. Но мама, когда я захотел записаться в спортивную секцию, приободрила: „Занимайся, сынок“. Отец тоже в целом был не против. Но когда после политехнического института я объявил, что намерен пойти по спортивной части и интересуюсь работой тренера, он встал на дыбы. Когда я всё-таки на своём настоял, отец обиделся. И на то были причины.

- Обрисуйте, что представлял из себя в 1970-х - 1980-х годах легкоатлетический мир Алтая?

- Безусловно лидером был Юрий Петрович Захаров. У него почти все звёзды местной лёгкой атлетики тренировались. Из спортсменов других тренеров выделялся спринтер Володя Шубенков. Но отца будущего чемпиона мира замучили травмы. На смену Шубенкову на коротких дистанциях пришёл Витя Ситников, а потом всех превзошёл Сергей Стребков. Почему я спринт в первую очередь вспомнил, спринтеры всегда был на виду.

Прыжками в регионе больше других тренеров занимался Виктор Погребной. Я ничего выдающегося за ним не замечал, но в конце 80-х и в 90-х годах у него пошли тренерские успехи - Алексей Денисов стал чемпионом страны в прыжках в высоту, а Дмитрий Бызов выиграл зимний чемпионат России в тройном прыжке. Мастерами спорта стали у него Женя Резник и Сергей Лобищев. В беге на 400 метров входил в сборную России в 2000-х годах Константин Свечкарь.

Была тренер Людмила Георгиевна Рудометова - у неё тренировались спринтер Ситников, о котором я уже говорил, и высотник Виктор Никитин, побивший рекорд края Владимира Остроухова, первого мастера спорта в Алтайском крае по прыжкам в высоту - ученика Захарова.

На слуху был тренер Владимир Чистяков - у него занимались Владимир Шубенков, Наталья Хитрова (в замужестве Шубенкова), Ольга Коноваленко. Но Чистяков больше тяготел к административной работе. Как старший тренер „Динамо“ он отвечал за поездки, экипировку и так далее. Дав хороший старт своим ученикам, он всех их потом передал Захарову.

Народу тогда на чемпионате края выступало немерено. Я только четверых тренеров вспомнил, а был не один десяток сильных специалистов - это и Шашков, и Самородов, и Барутенко, и Соборов, и Шариков… У всех были группы, и довольно многочисленные. Массовость была не в пример нынешней.

- Назовите момент, когда вы твёрдо решили стать тренером?

- Понимая, что Захарову я не интересен, он увлечён работой с многоборцами, я с радостью принял предложение о переходе в группу Владимира Михайловича Кондратенко. Мы ушли вместе с Надеждой - первой супругой, которая специализировалась на спринте. Захаров отпустил нас легко.

- Но вы же были рекордсменом края по прыжкам в длину!

- Ни в коем случае! Когда ушёл от Захарова, у меня вообще был второй разряд. Первый выполнил на втором курсе института, тренируясь самостоятельно. У Кондратенко я потренировался год, после этого ещё полгода занимались с Надеждой у Владимира Кудрявцева. А дальше я уже тренировался сам. Сам планы писал, самостоятельно ездил на сборы. И это, наверное, потихоньку меня двигало к тренерству. Это ещё не осознавалось, но когда пришло время распределения в политехническом институте, куда я поступил после школы, я чётко понял: инженером быть не хочу. Моё первое базовое образование — инженер‑механик по эксплуатации автомобильного транспорта; в 1984 году я окончил Алтайский политехнический институт. На распределении говорят: „Поздравляем, вам попался отличный район - Третьяковский“. 300 километров до ближайшей железной дороги, великолепная природа и всё такое остальное, нетронутое цивилизацией. А мне уже тогда Владимир Иванович Остроухов, на тот момент старший тренер спортобщества „Спартак“ по лёгкой атлетике, говорил: „Не волнуйся, мы тебя устроим в коммунальное хозяйство, будешь тренером“. Я понимал, что ничем другим я заниматься не хочу и не буду.

- Вы всегда знали, что хотите в этой жизни?

- Скорее да, чем нет. В советское время был такой конкурс „Лучший по профессии“. Я когда начал работать тренером, уже к этому стремился.

- Почему после школы вы пошли учиться в технический вуз на факультет „Автомобили и автомобильное хозяйство“, а не в педагогический институт ближе к спорту?

- Родители так хотели. А они всегда были для меня авторитетами. Папа всю жизнь был связан с автомобилями: в армии шоферил, потом работал водителем такси, дорос до начальника колонны городского таксопарка, главного инженера предприятия. Последняя его должность - начальник автотранспортного цеха горжилуправления. Но у него было среднее образование. И он очень хотел, чтобы у меня было высшее, связанное с автотранспортом. Я не перечил.

- Спорт в итоге пересилил. Но у вас осталась любовь к технике?

- На машине я езжу, но особой любви к технике нет. Я и не очень в ней разбираюсь. Всем должны заниматься специалисты. Я знаю, где в машине бензобак, как дверь открывается. Этим, наверное, знания и ограничиваются (смеется).

- Но вы же известный любитель „Формулы-1″…

- Да, тут я болельщик заядлый. Ещё с 90-х, когда её начали показывать. Не пропускаю ни одни соревнования. Это одно из двух моих хобби и страстей.

- А второе?

- Баскетбол в НБА, я много лет болею за „Лос-Анджелес Лейкерс“.

- Вы говорите, что всем должны заниматься специалисты. Но из ваших слов выходит, что сами первое время работали тренером без специального образования…

- Теорию изучал самостоятельно по учебникам. Скупил тогда всё доступное. В советское время было сильное научное обеспечение. Сейчас взяли англичанина в ВФЛА. Спрашивают его о принципах, на которые он опирается в работе. А англичанин говорит: мы же по вашим советским методичкам работаем, просто дальше пошли. Мы же всё забыли, забросили.

Помню, пришёл к Захарову с какой-то непоняткой из учебника. Он в тренерских советах мне никогда не отказывал, и это было очень лестно. Захаров похвалил. „Молодец, Серёга, заметил! Другой бы никогда не увидел!“

Специальное образование я получил уже заслуженным тренером России. Когда вышел „Закон о спорте“, деваться было некуда. Спасибо, наш барнаульский педуниверситет помог. Окончил в нём две магистратуры: есть и педагогическое образование, и тренерское.

Ходил в кафе и на дискотеку, а жену нашёл на тренировке

- Вы всю жизнь прожили в центре Барнаула. Модными местами тусовки молодёжи в 1970-х - 1980-х были фонтан на площади Советов, кафе „Мороженое“ рядом с кинотеатром „Россия“. Вы туда заглядывали?

- Заглядывал, конечно. Ещё у театра драмы тусовались, ходили в кафе „Зодиак“, а возле кинотеатра „Первомайский“ по выходным был нелегальный музыкальный рынок - мы меняли там пластики. Достал, послушал - обменял. Пластинка иностранных исполнителей стоила от 50 до 100 рублей. Для кого-то это половина зарплаты, а то и целая. Поэтому держать коллекцию дисков было роскошью.

- Пластинки сохранились с той поры?

- Нет, конечно.

- Вы познакомились с первой супругой на тренировке?

- Она была у Захарова любимой ученицей, хотя и не была многоборкой. Спорт поспособствовал нашему сближению. Особенно совместная поездка в Ленинград.

Старшим тренером „Динамо“, к которому мы относились, работал тогда Владимир Фёдорович Чистяков. Он всех возил по соревнованиям, а Надежда Владимировна выиграла в 1979 году юниорский ЦС Совет „Динамо“ в Вильнюсе, попала в составе сборной Центрального Совета „Динамо“ на первенство СССР в Ленинград.

И тут Чистяков говорит мне: „Слушай, ты же с Надькой дружишь, я тебе билеты в Ленинград куплю, езжай туда представителем“. Я тогда учился в 10 классе. Надежда выступила хорошо: была второй на стометровке, пробежав её за 11.94, а на 60 метров стала третьей, если не ошибаюсь.

- Нынешняя ваша супруга тоже ведь из мира лёгкой атлетики.

- Да. Её девичья фамилия Логунова. Татьяна мастер спорта в четырёх видах - в беге на 60, 100, 200 и 400 метров с барьерами.

Игра вдолгую

- Ваши основные тренерские достижения связаны с Сергеем Шубенковым. В связке ним вы трижды, если не ошибаюсь, признавались Всероссийской федерацией лёгкой атлетики лучшим тренером России.

- Да. В 2014, 2015, и 2018 годах. Но я всегда поправляю, когда меня привязывают исключительно к Шубенкову. Он мой лучший спортсмен, но не единственный. И в эти годы, и после я тренировал не только его. В невыездной период - с 2022 года - я единственный российский тренер, который выиграл с четырьмя разными спортсменами в разных видах лёгкой атлетики главные в стране соревнования - чемпионат России и Кубок России.

- Готов даже перечислить: с Сергеем Шубенковым и Викторией Погребняк - барьерный спринт, с Савелием Савлуковым и Анной Садовничевой - 400 метров. Но давайте подробнее поговорим о Шубенкове. Как произошло ваше знакомство?

- Его привела мама - Наталья Михайловна Шубенкова. Это был сентябрь 2003 года, в октябре Сергею исполнилось тринадцать лет. Был он тогда маленьким пижоном, тренировался с ленцой. А я его сильно и не загружал. Ребята постарше его поддушивали. Ольга Ершова говорила: „Шуба, а что ты ничего не делаешь?“. А он в ответ: „Мне не надо тренироваться, у меня гены“. Тренировались мы на стадионе „Локомотив“ и на Горе - на стадионе барнаульской спортшколы № 2.

- Вы работали тогда вместе с Надеждой Владимировной Клевцовой?

- Да, у нас была общая группа. Когда я отвлекался на старших, она работала с маленькими.

- В юниорах Сергей проигрывал на российском уровне Константину Шабанову, и не попадал на престижные международные соревнования, а потом резко по результатам от него ушёл. Что случилось с Шубенковым, и что с Шабановым?

- Важно понимать, что юниорский, юношеский спорт - это всего лишь юниорский и юношеский. И тренировать легкоатлетов надо соответственно возрасту. Форсированная подготовка приводит к тому, что зона роста закрывается. И после этого очень тяжело человека снова вывести на хороший уровень. Мы с Шубой вели планомерную подготовку. В детском и юношеском спорте он ничего существенного не выиграл. В юниорах победил на первенстве России до 20 лет только на второй год. Шабанов из этой возрастной группы уже ушёл.

Шабанов начал проигрывать Шубенкову, когда расстался с барьерами до метра (при переходе в юниоры до 23 лет. — Прим. „АС“). На барьерах выше метра лучшее время Константина Шабанова - 13,35 секунды. Это классный результат, но планирование подготовки Шубенкова было выстроено так, что при переходе во взрослый спорт он смог добавить больше, чем все его бывшие соперники.

- Прорывным для Сергея стал 2013 год, когда он взял бронзу чемпионата мира в Москве.

- Прорыв случился раньше. В 2012 году Шубенков в 21 год победил на чемпионате Европы в Хельсинки, установив в полуфинале новый рекорд России в беге на 110 метров с барьерами - 13,09.

За год он сильно добавил: в предыдущем сезоне его лучший результат был 13,46, а молодёжное первенство Европы в Чехии в 2011-м он выиграл со временем 13,56.

Помню, в 2012 году Шуба сказал: „Тренер, вы же, наверное, захотите увидеть меня с этого года на двух тренировках?“. И стал тренироваться два раза в день. Учёба в университете на юридическом факультете, которая была приоритетом, отошла на второй план (хотя он и там успевал).

К сожалению, на Олимпиаде-2012 в Лондоне Сергею не удалось проявить лучшие качества.

- И всё-таки в звезду мировой лёгкой атлетики и медиазвезду он превратился в 2013-м на чемпионате мира в Москве. Министр спорта России Виталий Мутко лично поспешил поздравить его с бронзовой медалью.

- Потом всё спортивное руководство подходило ко мне с поздравлениями - Виталий Мутко, главный тренер сборной Валентин Маслаков, другие начальники. Куликов, министерский работник, курировавший лёгкую атлетику, говорил: „Ты понимаешь, что Шубенков, обогнав чёрных, вписал своё имя в историю?“ К нашей бронзе все отнеслись очень воодушевлённо. Может, предвкушали, что дальше будет больше?

- А мог Шубенков в олимпийском Лондоне подняться на пьедестал?

- Его лучшее время в том олимпийском сезоне было 13,09, а Парчмент занял третье место на Олимпиаде с результатом 13,12. Но разбег в восемь шагов до первого препятствия, который мы поменяли только в 2014 году, не позволял Шубе в 2012 году бежать стабильно - он цеплял барьеры. Плюс в Лондоне он был совсем неопытным, испытывал сильное волнение. До пятого барьера бежал в полуфинале первым или вровень с первым - всё было очень красиво. А потом один барьер зацепил, другой. В итоге - 13,41, и он за бортом финала.

Звёздное время

- В чём сила Сергея Шубенкова как спортсмена? Легко ли вам было с ним работать?

- Работать было одно удовольствие. У Шубы никогда не возникало вопросов: „А надо нам это делать или нет?“ Идеальный спортсмен - это идеальный исполнитель. Мы приходили на тренировку, он получал задание и спокойно его выполнял. Ни разу не случалось, чтобы он ставил мои установки под сомнения. Второе, Шубенков был именно спортсменом, не физкультурником. Чем выше уровень соревнований, тем сильнее он выступал. Простых слов хватало, чтобы настроить его на максимальную отдачу. Я благодарен судьбе, что мы встретились.

Вспоминаю 2018 год. Этот летний сезон был без крупных соревнований - чемпионат Европы в этом качестве мы уже не рассматривали. Шубенков говорит: давайте возьмём соревнований по максимуму. И, если не ошибаюсь, наш менеджер Воронков дал нам 16 турниров в летнем сезоне! Между соревнованиями мы успевали воткнуть ещё тренировочные циклы - тренировался Шубенков очень добросовестно.

С мая по сентябрь у нас был плотнейший соревновательный график! Шуба четыре раза выбежал из 13 секунд, последним турниром в этом сезоне был сентябрьский финал „Бриллиантовой лиги“, который он выиграл. Тренированность позволяла держать ему качественный уровень, а соревноваться он умел как никто другой.

- И никогда не проявлял слабости?

- Ну если только на чемпионате Европы 2014 года в Цюрихе. И то, всё в итоге закончилось благополучно.

- А что случилось?

- Шубенков приехал в Цюрих не фаворитом, хотя и был действующим чемпионом континента. Если не ошибаюсь по сезону у него был третий результат в Европе. Первый у француза Лагарда - 12,95 или 12,94, второй у англичанина Шермана.

В первом полуфинале Шерман и Шубенков показывают в Цюрихе одно время - 13,16 и оба выходят в финал. Лагард в своём полуфинале устраивает концерт: на последних метрах сбрасывает скорость и разбрасывает в стороны руки в блестящих нарукавниках. Словно демонстрирует: равных мне нет, я здесь лучший.

Шубе этот финиш ударил по нервам. Я еду со стадиона обратно в гостиницу (нас отдельно от спортсменов увозили и раньше), и тут звонит Шубенков. Он человек экономный, никогда по телефону за границей лишний раз не связывался, а тут звонок. Что такое случилось? — «Тренер, какого чёрта! Вы где? Я жду вас на стадионе!» Возвращаюсь обратно. Шуба кипит: «Вы видели! Видели! Он что себе позволяет!» - «А ты чего возбудился? — спокойно говорю. — Готов отдать кому‑то свой титул?» Шуба сразу эмоции поубавил. «Нет, не готов», - отвечает. — «Ну тогда, - говорю ему, - вставай в финал и надери Лагарду задницу». И он с ним разобрался. Лагард вообще в финале «капнул» - прибежал только четвёртым. А Шуба после этого стал психологически устойчивее.

- Мне кажется, что своей показной уверенностью на старте он сам сильно нервировал соперников.

- Может, и так. Но главный козырь у него был другой: тот уровень подготовки, на который мы выходили на тренировках, он показывал на соревнованиях ещё с приварком. Так был устроен.

- В каких странах, городах, на каких стадионах вам нравилось стартовать, а куда ехали с большой неохотой?

- Приятно было возвращаться, где выигрывали. Первый чемпионат Европы в Хельсинки - только положительные воспоминания. Естественно, победный чемпионат мира в Пекине.

Нравилось выступать на турнире Decanation - матчевые легкоатлетические встречи по десяти видам спорта проводились в сентябре в конце сезона с участием нескольких стран. Единственный старт Decanation - 10-й, юбилейный - проходил в 2015 году в Париже, а все остальные в небольших европейских городишках: камерные стадионы, толпы зрителей, сидят семьями на травке что-то кушают, наслаждаются атмосферой.

Нравилось выступать там, где побеждали. Где проигрывали - не нравилось.

- Наивысшее счастье - это Пекин-2015?

- Мы чувствовали в тот год, что созрели до чемпионства. И я сказал перед чемпионатом мира Шубенкову: «Ты к этому готов!». Но попробуй надери задницу всей этой королевской коннице, выстроившейся в ряд: Мерритт, Парчмент, Маклеод… Когда Шуба выиграл, было ощущение абсолютного кайфа.

- Кому вы мысленно посвятили победу?

- Маме. В июне я её похоронил, а чемпионат мира был в конце августа.

- Чем ещё запомнился Пекин, кроме спортивных событий?

- Я там пил самое дорогое в жизни вино. Когда мы с Шубой приехали в Китай, Денис Кудрявцев, который тренируется у моего товарища Саши Сивченко, уже завоевал серебро в беге на 400 метров с барьерами с рекордом России. Я Сашу поздравил. А тут Шуба выиграл, Сивченко говорит: «Давай, отметим!».

Не знаю как сейчас в Китае, а в то время ни «Визой», ни «Мастеркардом» нигде не рассчитаешься, только в крупных отелях и аэропортах. У них в ходу собственные банковские карточки. Китай - страна самодостаточная.

В итоге мы с Сивенко пришли в отель, где всё гораздо дороже. Хорошо помню, что каждая бутылка обошлась мне в 16 тысяч рублей на наши деньги. На радостях мы выпили две.

В Пекине было очень жарко. Шуба ныл. Кстати, все его личные рекорды состоялись в жару. Хотя на финале «Бриллиантовой лиги» в Брюсселе было холодно, всего плюс пятнадцать. Так что, когда Шубенков находился в форме, ему было всё равно.

- Вы нередко говорили про лёгкую атлетику - «наш общий с Шубой бизнес». Доходы делили пополам?

- Нет, конечно. Обычно у спортсменов принято делиться с тренером после коммерческих стартов какой-то фиксированной суммой с премиальных. У нас с Шубой было 20 процентов. Ещё замечу, что из зарплаты я ни копейки у своих спортсменов не беру и никогда этого не делал. У них своя зарплата, у меня - своя. Только коммерческие старты.

- Ну, а чемпионаты страны?

- За чемпионаты раньше спортсменам призовых не платили, начали только недавно. Но там отдельно идут выплаты спортсменам, отдельно - тренерам.

- На каких соревнованиях у вас был самый большой гонорар?

- Наверное, Пекин - чемпионат мира. За первое место Шубе, кажется, 60 тысяч долларов дали. Но все деньги выплачивал по окончании сезона наш менеджер - Павел Воронков, получалось одним куском где-то в феврале.

- У вас был письменный контракт с Шубенковым?

- Нет. Никаких бумаг. Делиться - было его инициативой. «Тренер, я слышал, что другие выплачивают, я тоже буду».

- После бронзовой медали московского чемпионата мира вы в 2014 году изменили разгон до первого барьера с восьми шагов на семь. И в 2015-м выиграли чемпионат мира. Как пришли к тому, чтобы поменять технику разбега?

- У Шубы не было стабильности при заходе на первый барьер - отталкивался то за 1,9 метра до него, то за 2,3. Можно было и не уходить с восьми шагов, потому что их ритм совпадает с ритмом между барьерами, не надо перестраиваться. Но у Шубенкова не получалось бежать ровно, шаги получались разными по длине. При разном заходе на первый барьер возникают проблемы между барьерами, в итоге их валишь.

Когда в 2014-м поехали на зимний чемпионат мира в Польшу и Шуба там выступил, мягко говоря, не очень, я сказал: «Всё! Во-первых, больше не будет зимы, а во-вторых - восьми шагов».

Переучивать на семь шагов - не простое занятие. Но мы справились за два месяца. Я как думал: «Займёмся этим в марте-апреле на сборах в Адлере. Если не успеем до начала сезона перестроиться, снова уйти на восемь шагов - не проблема». И в марте мы тренировали первые пять шагов, а в апреле уже семь.

Приехал Балахничёв, в то время президент ВФЛА, а он бывший барьерист и тренер по барьерам. Посмотрел из окна в отеле нашу тренировку, после чего позвонил старшему тренеру сборной по спринту Маслаковой и сказал: «Остановите их!»

Людмила Ильинична - женщина мудрая, она всегда ко мне хорошо относилась. Говорит мне: «Тут наш президент звонил возбужденный, никого не слушайте, делайте то, что считаете нужным».

И Шуба за 2014 год не завалил ни одного барьера! Рекордов в тот год не было, но в летнем сезоне он выиграл Континентальный Кубок мира и два чемпионата Европы - командный и личный.

- Тем не менее, долго вы терпели восемь шагов, пока не перешли на семь.

- Ещё раз повторюсь, если часто бежать эти восемь шагов, то попадаешь точно в ритм трёх шагов, которые делаешь между барьерами. Не надо перестраиваться. Плюс рекордсмен мира на тот момент Лю Сян установил мировой рекорд при разбеге в восемь шагов, а перешёл на семь - и не добавил. Поэтому у меня были сомнения. Но я считаю, мы всё сделали своевременно.

- Были ещё в вашей тренерской карьере такие кардинальные решения, которые дали мощный положительный результат?

- Савлуков бегал 800 метров, я сказал, что будешь бегать 400. Он был крайне удивлён. Сава просился, кстати, тренироваться ко мне опять. Но обратной дороги нет. Сейчас душу греет только одно, что у меня с ним получилось гораздо больше, чем у всех до меня.

- Как вообще происходят тренерские озарения?

- Я уже как-то говорил в интервью, что интуиция выше знаний. Но без знаний не поможет никакая интуиция.

- После золота Пекина-2015 Сергей Шубенков ещё дважды завоёвывал серебро чемпионатов мира. Почему не получилось выиграть?

- Чемпионаты мира проходят через год. В 2017-м мы вернулись на международную арену после года домашней отсидки из-за допинговых скандалов, в которых не были замешаны. Уже не под российским флагом, а в нейтральном статусе.

Нужно было время, чтобы разбежаться. Плюс мощно прогрессировал Маклеод. В 2016 году он победил на Олимпиаде в Рио и был на коне. С ним надо было рубиться не на жизнь, а на смерть, чтобы выиграть!

Шуба и рубился. На чемпионате мира 2017 года в Лондоне Маклеод обогнал его в финишном створе. В тот год Сергею просто не хватило практики.

Следующий 2018-й год складывался великолепно: и Маклеода, и всех других Шуба вычищал на раз.

Приходит 2019-й год - год очередного чемпионата мира. В июне на «Бриллиантовой лиге» Маклеод, размахивая руками на финише, сбивает Сергея. В падении Шуба забег выигрывает, но получает серьёзнейшую травму. И это в июне, когда он бежал 110 с барьерами за 13,10! Никогда в жизни Шубенков так быстро в начале лета не бегал. Форма была потрясающей!

Следующий старт состоялся у нас только в августе. Результат ужасный - 13,88. Это была «Бриллиантовая лига» в Париже. Потом в Хорватии - 13,57, в Беларуси - 13,37, далее - 13,33. А на чемпионате мира в Дохе - через месяц после провала в Париже - Шуба завоёвывает серебряную медаль с результатом - 13,15! Не было бы травмы в июне, кто бы нам помешал выиграть в Дохе у американца Холлуэйя?

Когда я поздравил тренера победителя чемпионата мира, он сказал: «Да нет, это я вас поздравляю. Как вы невероятно быстро вернулись». Человек оценил: в августе - 13,88, в сентябре - 13,15.

А ведь за месяц до чемпионата были ещё и организационные трудности, добавлявшие нервяка. После Парижа мы поехали готовиться к чемпионату мира в Адлер, но сбора как такового не было. То есть, нам сделали сбор, но в Адлере не было ни врача, ни массажиста, ни физиокабинета, стадион был забит детьми, приехавшими на финал «Шиповки юных». Я иду договариваться с директором «Шиповки» Трубочкиным: «Ты дай нам хотя бы одну дорожку. Мы к чемпионату мира готовимся!». Было такое ощущение, что никому это выступление кроме нас не нужно.

Из такой ямы нам приходилось выбираться после травмы! В результате падения у Шубы сместился таз, шло защемление, нога не летела (сколько у невролога пришлось лечиться!), а барьеры-то высокие.

А в 2018-м мы обыгрывали всех (в этот год Шубенков установил поныне действующий рекорд России - 12,92. — Прим. «АС»).

Олимпийские миражи

- Олимпиада-2016 могла стать для Шубенкова золотой, если бы он в Рио-де-Жанейро поехал?

- Конечно! Маклеод выиграл её с результатом 13,05. У Шубы, напомню, годом раньше на чемпионате мира в Пекине было 12,98. Понятно, что в Рио могло всяко сложиться, но шансы на золото были очень высокие. Бронзовый призёр француз Баску пробежал там барьеры за 13,25, серебряный призёр Ортега из Испании - за 13,17.

Весной 2016 года, когда мы еще не знали - допустят нас до Олимпиады или нет - Сергей на барнаульском стадионе «Лабиринт» пробежал 110 метров с барьерами за 12,7 по ручному секундомеру. Если перевести на электронное время, это будет примерно 13,00. И это в апреле олимпийского года!

- Отстранение российских легкоатлетов от Олимпиады-2016 произошло на фоне допинговых скандалов. В 2015 году ИИАФ приняла решение и приостановке членства в своих рядах ВФЛА, что привело к запрету для россиян на выступления за пределами своей страны. Как вы относитесь к тому, что тренер российских ходоков Виктор Чёгин, получивший пожизненную дисквалификацию, до сих пор негласно тренирует спортсменов в Саранске? Об этом недавно писали российские СМИ. Ведь это и Чёгин внёс свою лепту в то, что Шубенков остался в 2016-м без Олимпиады.

- Комментировать это не буду. ВФЛА и РУСАДА вовсю упираются, контролируя спортсменов на предмет допинга. Что касается Чёгина, у меня возникает вопрос, он что, такой незаменимый, если на самом деле всё так, как пишут СМИ?

Но я ещё на другое обратил внимание. Как только возникают какие-то положительные изменения в плане нашего участия в международных соревнования, хоп - получите скандал! А раньше о Чёгине не знали?

Сейчас уже многие национальные федерации поняли, что глупо кого-то безосновательно прессовать и пускают россиян на свои соревнования. Но руководитель World Athletics Себастьян Коу стоит стеной.

Допинговые санкции World Athletics сняты с ВФЛА в марте прошлого года, но политический запрет 2022 года в связи с началом военной операции на Украине Себастьян Коу отменять не хочет, хотя МОК и дал отмашку международным федерациям на допуск россиян.

Я к чему это говорю. Не одно, так другое всегда найдётся, если вмешивается политика: там Чёгин, тут СВО и так далее. Пока Коу руководит - так будет!

- Травма ахила Шубенкова в 2021 году в олимпийском Токио - это отдалённые последствия столкновения с Маклеодом?

- Нет, в этом случае сказались разные факторы. Ахил у Шубы давно побаливал. А тут в начале 2021 года весь этот постоянный нервяк с разборками, судами по поводу попадания в его организм запрещённого мочегонного средства с ложечки маленького ребёнка.

Мы хотели начать соревновательный сезон в апреле, на из-за ограничений не смогли. Спортивный арбитражный суд огласил вердикт о невиновности Шубы только 22 июня, мы еле успели до Олимпиады получит нейтральный статус. Пока зимой и весной шла вся эта канитель, накопилась психологическая усталость, набрался слегка лишний вес. Да и годы не сбросишь, время тикало против спортсмена, болячки накапливались. В итоге сработал накопительный эффект: ахил его тревожил ещё с 2018 года.

При этом замечу, что до 2021 года у Шубенкова на фоне его хорошей тренированности не было ни одной серьёзной травмы (Маклеод не в счёт - это несчастный случай). Да и после травмы ахила в Токио он снова вернулся на высокий уровень: в 2022 году выиграл чемпионат России с результатом 13,38, а первым бегом пробежал ещё быстрее - 13,24.

- Шубенков из Токио досрочно улетел, а вы остались. О чем думали?

- Мы улетели почти одновременно. Я еле дождался самолета, так было тошно.

- Отправляясь на Олимпиаду, вы знали, что ахил Шубенкова в плохом состоянии?

- На последнем сборе в Новогорске, когда уже подводились к Олимпиаде и нагрузки были щадящими, мы провели тестирование. Как раз туда заехали с отличной медицинской аппаратурой хоккеисты из питерской команды СКА. Тестирование показало удовлетворительный результат. Появилась надежда, что Сергей на тоненького трижды на Олимпиаде пробежать сможет. Но не удалось: надрывчик случился ещё на разминке перед квалификационным забегом.

Мир после Шубенкова

- Как считаете, Сергей преждевременно в 35 лет оставил спорт? Или ушел вовремя, закончив спортивную карьеру в 2025 году чемпионом России?

- Можно привести достаточно примеров, когда люди и в 35 лет выигрывали Олимпийские игры - Льюис и другие. Но если нет мотивации, ничего не поделаешь. У Сергея без международных стартов она пропала. Мы ведь невыездные с 2022 года вместе с белорусами.

- По телевизору следите за выступлением Шубенкова в телешоу «Титаны»?

- У нас остались хорошие отношения: мы созваниваемся, иногда он заглядывает на тренировки. Когда шоу «Титаны» на телевидении записывали, Шуба регулярно рассказывал, что там происходит: как катер таскали и так далее. Я в курсе, сколько он в итоге испытательных кругов прошёл. Моя жена «Титанов» смотрит, я - нет.

- Отслеживаете, что происходит на мировой арене в барьерном спринте?

- Я всеми видами лёгкой атлетики интересуюсь.

- Какие впечатления от бега американца Джа’Кобе Тарпа, установившего новый рекорд мира в барьерном спринте - 12,75? По мне, так классно он на дистанции выглядит: лёгкий бег, отточенная техника…

- Советую посмотреть, как технично бежал Шубенков в 2018 году, когда установил нынешний рекорд России. Июль, Секешфехервар.

А Тарп пробежал и пробежал, молодец - быстро получилось. Только как-то странно: то 12,75 у него, а потом 13,10 ковыряется. И, заметьте, это же был не финал чемпионата мира, а предварительный забег чемпионата Национальной ассоциации студенческого спорта. Американцы всегда дома на каких-то непонятных соревнованиях показывают сумасшедшие секунды. То, что они в роликах кидают, не нужно воспринимать всерьёз. Мы не знаем главного - как выстроена подготовка спортсмена в годовом цикле, какая у него «аптека».

Вспомните предыдущего рекордсмена - Ариса Мерритта, он 12,80 пробежал в 2012 году. В том блестящем для него сезоне он больше всех в мире из 13 секунд выбегал - 10 раз! А потом почки отвалились…

Не хочу сказать, что Шуба лучше американцев или барьеристов из других стран, но он был самым стабильным из топ-бегунов своего времени. Никто не мог так долго держать высокую планку результатов. Лагард давал интервью, говорит, я так не могу.

- Как думаете, в России скоро появится барьерист, который побьет рекорд Шубенкова?

- В России сначала кто-то должен научиться тренировать, как это не пафосно звучит. Но пока я не вижу, чтобы была какая-то последовательность и преемственность. Поживём - увидим.

Сава мог быть не хуже Шубы

- Несколько лет одним из самых популярных легкоатлетов страны был ваш экстравагантный подопечный Савелий Савлуков. Но как кто-то однажды точно сказал, Сава пал жертвой своих страстей, несовместимых со спортом. Его талант был сопоставим с талантом Шубенкова?

- Абсолютно. Это два самых талантливых моих ученика. Сава по одарённости ничуть не хуже Шубы. Просто Шубенков был гораздо умнее и прагматичнее, он про завтрашний день больше понимал.

Радостно, что всё-таки что-то мы с Савой успели сделать. Он выиграл несколько чемпионатов России в беге на 400 метров, памятником остаются его рекорды страны на дистанциях 500 и 600 метров. Его лучший результат в беге на 600 метров какое-то время держался как высшее достижение в Европе.

Когда мы только начали с ним работать, я ему сразу сказал, что бегать будем 400 метров, и наш ориентир - 43,50. Но не получилось.

- Шубенков и Савлуков не единственные большие таланты, с которыми вы работали. Если не ошибаюсь, во второй половине 1990-х была Юлия Каменская.

- Ей до сих пор принадлежит рекорд края на сотке - 11.41. Много раз она выигрывала первенство страны - среди девушек, юниорок, молодёжи. Но на серьёзный взрослый уровень так и не вышла.

- Почему?

- Как-то мы ехали на соревнования, и у нас состоялся разговор, который дал мне ответ на этот вопрос. Я ей что-то объяснял, а она задумалась и говорит: «Саныч, а не могла у меня психика постареть? Мне 21 год». Было уже бесполезно что-то из нее выжимать. Каменская закончила по тем же причинам, что и Шубенков, хотя и была намного моложе - пропала мотивация.

- Работа ещё с какими спортсменами стала для вас памятной?

- Сейчас интересно работать с Анной Садовничевой. А если углубиться в толщу времен, то вспоминаю Евгения Шишакова - он 227 прыгал в высоту. Но я был тогда тренером молодым, высоких рейтингов не имел, он меня перед фактом поставил, сказав, что решил поменять территорию: уехал в Москву к Загорулько, известному по работе с высотниками - чемпионами мира и Олимпийских игр. Допрыгался у него до двух метров или 2.05, вернулся в Барнаул, лёгкую атлетику бросил, занялся каким-то бизнесом. А так, считаю, с Шишаковым можно было серьёзных высот достичь. Он был седьмым на молодёжном первенстве Европы, и это после тяжелой травмы - сломал ногу. После перелома он сначала первенство России выиграл, прыгнув 2.21, а затем и на Европе этот же результат показал.

Ещё Коля Покутнев был. Тоже со страстями своими как Сава не разобрался. Покутнев и Шишаков - были яркими ребятами. Покутнев пришёл ко мне прыгуном в высоту, но мне показалось, что он больше походит для длины. Как прыгун в длину он участвовал в юношеском чемпионате мира, хорошо прошёл квалификацию, но в финале у него не сложилось. Меня в команду тогда не взяли, а подсказать было некому.

Высоких результатов добивалась в барьерном беге Ирина Пепеляева, можно вспомнить Лену Голованкову, её рекорд края на 400 метров с барьерами до сих пор держится - 56,82. Или Ваню Бабича - 50,74. Все рекорды края барьерные получается моим воспитанникам принадлежат - на 100, 110 и 400 метров.

Интересно, что даёт результат

- А как вы пришли к барьерному бегу? Вы же не все виды лёгкой атлетики охватываете?

- Если видишь, что человек проявляет склонности к какому-то определённому виду лёгкой атлетики, надо и самому в нем преуспеть. Шуба как гладкий спринтер никогда бы не состоялся, как прыгун и многоборец - тоже, а барьерист из него получился. Я разглядел в нём предрасположенность. Во-первых, у него был укороченный шаг, вертикальный, как я определил, во-вторых барьеры он низенько проходил - не боялся коленки расшибать. Мы начали глубже барьерами заниматься, и у нас все получилось.

- Но Шубенков ведь не первый ваш барьерист…

- Первой у меня классно побежала барьеры Ирина Пепеляева. Всего через месяц с небольшим после нашего расставания, она в 2006 году на чемпионате России в Туле заняла второе место в беге на 100 метров с барьерами, выполнив норматив МСМК - 12,94. Мой интерес к спринту с препятствиями подогревало ещё и многоборье, куда входит барьерный бег. Несколько моих воспитанников - мастера спорта по многоборью. Первым был Артём Семеряков, он стал тренироваться в моей группе после смерти Юрия Петровича Захарова. Тренерское сообщество региона скептически воспринимало наше сотрудничество, я не был специалистом по многоборью. Помню Владимир Кудрявцев крайне удивился, когда Артём мастера выполнил.

- Но вы же не за все виды берётесь. Когда у вас появился Савелий Савлуков, специализировавшийся ранее в беге на 800 метров, вы же не стали с ним продолжать в том же направлении, а начали тренировать дистанцию вдвое короче, где и добились весомых достижений.

- Невозможно объять необъятное. Я и сейчас средневиками заниматься не хочу. В моей группе есть два спортсмена - первые номера в стране в своих дисциплинах, они требуют очень много моего времени. Если ещё и 800 метров взять… Вот если бы появился по задаткам спортсмен уровня Шубенкова или Савлукова с явными признаками средневика, тогда другое дело: я бы, понятно, в это дело углубился. А так браться не буду - ни к чему.

- А перспективного прыгуна в длину взяли бы?

- Взял бы. Это моё.

- Получается, ваш тренерский набор - это гладкий спринт, включая 400 метров, барьерный бег, многоборье, прыжки в длину и высоту?

- Верно. Но только ни многоборцев, ни прыгунов я сейчас не тренирую. Концентрируюсь на тех видах, где есть перспективные спортсмены.

- Это правда, что вас приглашали несколько лет назад работать со сборной Китая?

- Они семь месяцев меня серьёзно торпедировали. Варианты были разные - и туда переезжаю, и полгода там, полгода здесь. Предлагали обосноваться на острове Хайнань, где у них лучшие легкоатлетические базы и средняя температура воздуха плюс двадцать пять. Контракт был хороший - экипировка, полное гособеспечение, отдельное жилье. Надо было поработать с тремя перспективными китайскими барьеристами.

Узбекистан предлагал контракт главного тренера, казахи звали с их сильным барьеристом Ефремовым поработать. Из Москвы было несколько предложений, в том числе занять должность главного тренера сборной России, неоднократно предлагали поработать старшим тренером сборной по спринту. Последний раз прошлой осенью, но для этого надо было переезжать в столицу.

- Почему вы от всего отказались?

- Мне и в Барнауле хорошо.

- Разве не интересно попробовать новое?

- Во-первых, работа старшим или главным тренером в большой степени административная, а я практикующий тренер. В порядке исключения мне, правда, обещали собственную группу оставить. Но на практике очень трудно усидеть на двух стульях.

Если же выбирать заграничный вариант, то это совершенно точно со своей группой придётся попрощаться. И что на это скажет та же Анна Садовничева, которая приехала ко мне тренироваться через полстраны?

- Но у нас на Алтае неважные условия для развития лёгкой атлетики.

- Для работы со спортсменами такого класса, как Садовничева, они подходящие. Местные неудобства компенсируются федеральными сборами. Единственно, плохо, что материальная база лёгкой атлетики у нас всё время в регионе сжимается. Опять накануне зимы возникли проблемы с манежем технического университета (собственник вновь дал команду не допускать легкоатлетов в шиповках, разрешены только кроссовки. — Прим. «АС»), теснят лёгкую атлетику на стадионе «Лабиринт»: уже два дня убрали из недельного расписания легкоатлетов. Мол, без обид, но у нас полностью арендованы четверг и воскресенье. Слава богу, стадион «Динамо» выручает.

- Что же, зимой мы снова останемся без полноценных соревнований в регионе? Вы, как главный тренер краевого ЦСП по лёгкой атлетике, что-то предпринимаете в этой связи?

- Я уже нашем региональному министру спорта телефон оборвал. Он обещал помочь. Со своей стороны, я предложил компромиссный вариант: в тренировочном процессе шиповки можно исключить, но во время шести - семи важнейших соревнований зимнего сезона запрет на них снять.

- А что со строительством в Барнауле быстровозводимого легкоатлетического манежа в спортивном кластере на улице Власихинской? Есть новости?

- Как будто там двигается. Но как долго эта эпопея будет продолжаться, я не знаю.

Есть новый повод гордиться

- В летнем спортивном сезоне ваша подопечная Анна Садовничева улучшила личный рекорд и сенсационно выиграла на чемпионате России у многократной чемпионки страны Полины Ткалич. За счёт чего Анна прибавила?

- Кто лучше работает, тот побеждает.

- Кардинальной перестройки как с Шубенковым не было в этом случае?

- Нет. У нас есть план долговременной подготовки, мы его реализуем. Исходя из него по одной-две секунды, конечно, не получится отстёгивать каждый раз, но почти секунду мы сняли с прошлогоднего лучшего результата. К сожалению, проблемы со здоровьем не позволили после чемпионата России Анне двигаться дальше, но главный старт сезона выиграли, поэтому есть повод собой гордиться.

- Во второй половине сезона Полина Ткалич, которая в начале лета тоже часто болела, взяла у Анны убедительный реванш за поражение на чемпионате страны: победила в беге на круг на Спартакиаде народов России.

- Реваншем это назвать нельзя. Он может случиться только на следующем чемпионате России. Весь год титул будет за Анной. На Спартакиаде народов России в Челябинске она после перелёта была только третьей в личных соревнованиях, но к эстафетам уже адаптировалась, пробежала отлично: вытащила на своём этапе на первое место команду Московской области (этому региону Садовничева даёт параллельный зачёт. — Прим. «АС».) и в смешанной эстафете, и в женской.

- Здорово в прошедшем сезоне выглядела другая ваша спортсменка - Виктория Погребняк, серебряный призёр чемпионата России и Кубка России в беге на 100 метров с барьерами. Несколько раз она выбежала из 13 секунд. Как считаете, есть у неё потенциал, чтобы справиться с Дарьей Осиповой, которая в этом году отобрала у неё титул чемпионки страны?

- После этого сезона мы с Викторией расстались. Она будет тренироваться у мужа - Алексея Пятача. Поэтому комментировать не буду. А то, что вместе сделали, то сделали - это останется в истории (Виктория Погребняк - трехкратная чемпионка России в беге на 100 метров с барьерами - в 2023, 2024 и 2025 годах, дважды выигрывала зимний чемпионат с барьерами 60 метров. — Прим. «АС».)

- Как вы в целом оцениваете выступление алтайских легкоатлетов в минувшем сезоне? Не только спортсменов вашей группы, но и подопечных других тренеров, входящих в сборную края.

- По моим прикидкам, на четырёх главных стартах сезона - чемпионате России, Кубке России, командном чемпионате страны и Спартакиаде народов России - легкоатлеты края завоевали 16 медалей. Все лидеры за исключением прыгуна в длину Евгения Молчанова, у которого концовка не задалась, прошли сезон относительно ровно от начала до конца - это Анна Садовничева, Виктория Погребняк и Полина Ткалич. Думаю, для любого вида спорта столько наград с таких весомых соревнований - это серьёзный результат.

Традиционно много медалей завоёвано на первенствах и чемпионате Сибирского федерального округа, но я отношусь к этим наградам без особого пиетета, уровень конкуренции сейчас там слабый, в некоторых видах выступает по два-три человека.

- А что скажете о резерве?

- Самым успешным в этом году был возраст до 20 лет. Сергей Шамкин (тренер Юлия Шевелева. — Прим. «АС») завоевал бронзу в беге на 800 метров на первенстве России и матчевой встрече Союзного государства, Снежана Старкова (тренер Юлия Шевелева. — Прим. «АС») была четвёртой на первенстве страны U18 в беге на 400 метров, а Ксения Зинченко (тренер Наталья Белозерова. — Прим. «АС») - пятой на первенстве России U16 в прыжках в длину. В финалах в различных видах были представлены ещё несколько человек. Надеюсь, процесс идёт своим чередом.

Силы даёт семья и увлечённость работой

- День рождения вы встретите на сборах в Адлере, куда традиционно отправляетесь в октябре. На этот раз едите на юг всего с тремя спортсменами. Год назад на эти же сборы с вами уезжали по линии ВФЛА Садовничева, Погребняк и Кудрявцев, за счёт Московской области параллельщики Сапожников и Лютов. Тогда вы ещё надеялись, что на вторых южных сборах к вам присоединится Сергей Шубенков. Никого из перечисленных спортсменов, кроме Анны Садовничевой, сейчас с вами нет. Когда и почему ваши пути разошлись? Не жалеете, что так произошло?

- Как можно не жалеть о Шубенкове? Это целая эпоха в моей жизни. Что касается расставания с двумя подмосковными легкоатлетами, то абсолютно не жалею. Наверх с ними было не забраться, а тащить их дальше, учитывая некоторые индивидуальные особенности, я посчитал излишним: разошлись на тех самых первых прошлогодних сборах в Адлере.

О Погребняк я уже говорил. Кудрявцев закончил со спортом, уехал во Владивосток к дяде, который пообещал устроить его на морфлот. Выступать на соревнованиях в этом году у него уже не было никакой мотивации, мыслями был на Дальнем Востоке.

- Получается, что в вашей группе впервые лет за десять, а то и больше, только один топовый спортсмен, способный бороться за медали чемпионата страны - Анна Садовничева. Да и ближайший резерв в этом году не впечатлил.

- Во-первых, год на год не приходится. Во-вторых, новые перспективные спортсмены всё равно появляются. В моей группе сейчас есть новенькая девочка, не буду заострять на ней внимания. Может, что-то из неё и получится. В-третьих, к моей группе присоединился рекордсмен России в беге на 400 метров с барьерами Фёдор Иванов. Он поедет на сбор в Адлер вместе с Садовничевой и Дмитрием Выскубовым, отправляющимся на юг за свой счёт. Фёдор - москвич, вёл со мной переговоры с мая.

А так вы правы, как-то скудновато выглядит наша поляна, это вопрос и к детским тренерам, и к тем условиям, в которых они работают. Но будем воевать не числом, а умением. Разберемся. Проходили мы это.

- Для вас нынешняя ситуация - новый вызов?

- Конечно! Мог бы уйти и на пенсию, но мне интересно.

- Что придаёт вам сил, создаёт хорошее настроение, питает ваш оптимизм?

- Да всё то же самое. Работа меня и мотивирует, и даёт силы, и кормит. А в свободное время - это игры НБА с «Лейкерс», «Формула-1» с «Ред Булл», баскетбол с друзьями и воспитанниками, прогулки с собакой, баня, изредка бокал хорошего вина. И, конечно, меня вдохновляет семья: жена и сын-шестиклассник.

Беседовал Виталий Дворянкин.