Первопроходец Фомичёв: сегодня исполнилось бы 100 лет легендарному барнаульскому тренеру

Когда говорят о футбольной школе Барнаула и легендарных тренерах, обычно называют фамилии двух человек — Станислава Каминского и Василия Фомичёва. И именно Василий Сергеевич был первопроходцем во многих делах — и не только в том, что стал первым в Сибири заслуженным тренером РСФСР по футболу. 10 августа наставнику, открывшему для отечественного футбола немало игроков, исполнилось бы 100 лет.

Начинал с хоккея

Родился Василий Фомичёв 10 августа 1926 года в Барнауле, а его футбольная биография стартовала в 1942 году, когда он стал игроком барнаульской команды «Зенит». Но уже через два года будущий тренер примерил форму курсанта артиллерийско-миномётного училища, потом служил на Дальнем Востоке.

Но мечтал он о спорте, потому в 1948 году поступил в Ленинградский военный институт физической культуры им. В.И. Ленина. Его профессиональная футбольная карьера началась в 1952 году в команде класса «А» города Калинина, а уже в следующем году Фомичёв — нападающий новосибирской команды «ОДО», на тот момент лучшей команды Сибири. Но армейский коллектив вскоре расформировали, и Фомичёв вернулся в Барнаул, где ему и было суждено стать легендой.

Известен Василий Сергеевич в первую очередь как футбольный тренер. Но были в его жизни и хоккей, и хоккей с мячом. Как наставник начинал он именно в хоккею, в 1954 году добился в Барнауле создания первой хоккейной команды «Спартак».

«Тренер Василий Фомичёв в 1950-х годах вёл наш „Спартак“ к победам через жёсткий учебно-тренировочный процесс. Обязательно делал сборы, спарринги в Новосибирске с серьёзными командами, и поэтому не раз доказывал состоятельность своей старой „дедовской“ методики, где в основе были огромные физические нагрузки. Но он знал, что этот труд всегда окупится. И результаты были, и их ещё долго все помнили», — вспоминал в своей книге «Страницы истории Алтайского хоккея» журналист, историк спорта Валерий Лямкин.

А уже во второй половине 1980-х какое-то время Фомичёв в Новоалтайске тренировал местную команду по хоккею с мячом «Восход».

И никаких поблажек

Футбольным тренером команды мастеров он стал в 1957 году. Сначала был «Урожай», потом «Темп», с которым Фомичёв в 1963 и 1964 году становился чемпионом зональных турниров первенства СССР, с 1969 года — в «Динамо». Главным тренером бело-голубых Василий Сергеевич становился дважды. Его первый динамовский период был недолгим, зато после второго прихода Фомичёв дважды приводил команду к золотым медалям зональных турниров.

Одна из главных черт Василия Сергеевича — он любил и, главное, умел работать с молодёжью, Фомичёв открыл для отечественного футбола немало ярких игроков. Один из них — Виктор Волынкин, легенда «Динамо». В юности Волынкин играл в хоккей и раздумывал, на чём же ему остановиться — на игре с шайбой или с мячом. Но Фомичёв всё решил за него.

— Зимой я играл за юношескую команду хоккейного «Спартака», летом — в футбол в первенстве города. Там меня Фомичёв и увидел. В 1965 году предложил перейти к нему. Но меня вроде и в хоккее всё устраивало, там я был трудоустроен. Василий Сергеевич считал, что в футболе у меня больше перспектив. И чтоб я не буксовал, перед поездкой молодёжной футбольной команды в Омск он послал за мной второго тренера. Я от него пытался скрыться в бане, он там меня нашёл, чуть ли не силой забрал. И вот с тех пор и по сей день я в футболе, — рассказывает Виктор Волынкин.

Нападающий вспоминает: Фомичёв требовал от игроков максимальной отдачи не только во время матчей, но и на тренировках. А они у него были — не каждый выдержит.

— Наверное, это как в хоккее у Тарасова. Выживает сильнейший, слабейший погибает. Помню тренировки в дождь. Поле сырое, мяч от воды деревянный, тяжеленный. И он нам даёт упражнение по отработке ударов головой. Мы этот деревянный мяч били и били. Потом у всех головы чугунные, — отмечает Волынкин.

И никаких поблажек. С футболистами он много не разговаривал, но, как вспоминает Виктор Михайлович, если ты что-то не так сделал, такой взгляд на тебя бросит — мурашки по коже.

— Я у него начинал пацаном, рядом были опытные ребята: Федулов, Брыкин, Скориченко. Он не делил команду на молодёжь и ветеранов, был требователен ко всем. Единственное, у Брыкина случались проколы, иногда пропадал на два-три дня. И это ему прощалось. Но, надо отдать должное, Брыкин после такого сходит в баню — и как будто ничего не было. Выходил, забивал. Его Фомичёв прощал. Остальных — нет. Если что не так — до свидания, — рассказывает Виктор Волынкин.

Ещё в додинамовский период в команде Фомичёва было подготовлено четыре мастера спорта СССР: Анатолий Федулов, Борис Брыкин, Владимир Скориченко и Александр Сидоров. Как вспоминает Валерий Лямкин, их воспитание и успехи команды в марте 1968 года Василию Сергеевичу первому среди футбольных тренеров в Сибири было присвоено звание «Заслуженный тренер РСФСР».

Тренерская похвала

В 1969 году «Темп» перешёл под крыло спортобщества «Динамо». В новой переименованной команде начиналась смена поколения. Результаты были нестабильны, новое руководство клуба «выписало» подкрепление из московского «Динамо». Найти с ними общий язык Фомичёв, видевший в составе местную молодёжь, не смог — и из команды Василия Сергеевича убрали. Он вообще не жаловал ни приезжих игроков, ни тренеров, считая, что такие люди сегодня здесь, а завтра там.

В «Динамо» Фомичёв вернулся в 1980-м. Вернулся, чтобы побеждать — в 1980 и 1981 годах приводил команду к победам в зональном турнире второй лиги, привёл команду к бронзовым медалям чемпионата РСФСР. И снова Фомичёв открывал молодёжь. В этот период в бело-голубой футболке раскрылись Владимир Кобзев, позже блиставший в московском «Торпедо», Сергей Окунев, Владимир Финк, Валерий Чупин, Владимир Грынгазов. При Фомичёве в «Динамо» дебютировал и Евгений Смертин. Один из тех, кто начал свой путь в «Динамо» в то время, — нападающий Виктор Рыбаков.

«Для меня Фомичёв — второй отец, — признаётся Рыбаков. — Молодым пацаном он привёл меня в команду, доверял. Но при этом гонял он нас, не дай бог. С тренировок никогда не выгонял, хотя, наверное, некоторые футболисты об этом мечтали. Но если не готов к игре, в составе никогда не будешь. Это сейчас выходят люди, а потом тренеры оправдываются, мол, человек оказался не в форме. Фомичёв такого бы никогда не допустил. С молодёжью он любил работать. Не просто объявит твою фамилию в составе — потом отдельно объяснит, что от тебя требуется».

На похвалу Василий Сергеевич был скуп. Однако у Рыбакова есть фотография, на ней после матча тренер обнимает своего нападающего.

— До сих пор думаю: это как же я должен был сыграть, чтобы Фомичёв меня обнял, — улыбается Виктор Рыбаков.

Умел окрылить молодёжь

Лучший бомбардир в истории барнаульского «Динамо» Валерий Белозерский называет Фомичёва легендой алтайского футбола.

— Конечно, человек он был своеобразный, сложный, но преданный делу, футболу, Алтайскому краю. Главными на поле для него были нападающие, его футбол строился на таких форвардах, как Федулов и Брыкин — больших, сильных, мощных, — вспоминает Валерий Николаевич.

Но и Белозерскому удалось вписаться в схемы Фомичёва — не зря же тренер доверил ему капитанскую повязку.

Стоит отметить: не все, прошедшие школу Фомичёва, говорят о нём с восторгом. Некоторые признаются: всё здоровье у него на тренировках оставили. Но как говорится, у каждого свой опыт.

— Фомичёву было важно, чтобы футболист играл и тренировался с полной самоотдачей, не жалел себя, — рассказывает известный спортивный журналист, редактор портала «Алтайский спорт» Виталий Дворянкин. — Мой друг, с которым мы играли у Фомичёва с 1977 по 1979 год в юношеской, а потом во взрослой любительской команде «Локомотив», рассказывал, что однажды попросил во время игры замену, сославшись на травму. Фомичёву показалось, что повреждение того не стоило, и в следующий раз парень вышел на поле нескоро — Сергеич его игнорировал. И это на любительском уровне! Если футболист давал слабину, Василию Сергеевичу это сильно не нравилось. Возможно, где-то он был неоправданно жесток, но футбол для него был на первом месте. Я вспоминаю свою историю. Фомичев видел во мне перспективного футболиста. Когда я вернулся осенью 1981 года из армии, он предложил мне отправиться с «Динамо» на сборы для подготовки к новому сезону. Но в армии, играя за команду своего полка на первенстве Пскова, я сильно повредил колено, нужна была операция. В итоге на сборы с мастерами не поехал, мне сделали операцию, и я начал сезон в полупрофессиональном «Полимере». Летом Фомичёв пришёл посмотреть на мою игру, но я снова повредил ногу — свой лучший футбол показать не мог. Сергеич после этих смотрин поставил на мне крест: как с футболистом больше со мной не общался. Хотя раньше я вроде был у него любимчиком.

При этом Виталий Дворянкин, как и Виктор Рыбаков, называет Фомичёва своим вторым отцом. В его жизни Василий Сергеевич появился как раз в период после первого ухода из «Динамо». Тогда Фомичёв, поработав немного в Новосибирске, пришёл в барнаульский «Локомотив», где работал с юношеской и взрослой командами.

— Подростком я играл за «Химик», и однажды у нас был матч с «Локомотивом». Помню, шёл дождь, и Фомичёв стоит в бобровской кепке, таким внимательным, цепким взглядом на всё смотрит. Я тогда подумал: вот было бы здорово, чтобы у меня был такой тренер. И через два года у него оказался. Конечно, в «Локомотив» я пришёл не к нему, но так сложилась судьба, что мы с ним встретились. Любителей он сильно не гонял. Были тяжёлые тренировки, но не настолько, чтобы выворачивало,— вспоминает Виталий Дворянкин. — При этом наша юношеская команда всё равно была неплохо готова физически, а наш характер он закалял тренировками в любую погоду.

При этом Фомичёв умел мотивировать молодёжь. В то время в чемпионате города был клубный зачёт. В дни игр на поле выходили сначала детские команды, потом подростки, юноши, взрослые.

— И вот ты приходишь, проводишь свой матч, потом остаёшься посмотреть на старших. На второй год в юношеской команде перед одним из матчей Василий Сергеевич говорит: «Дворянкин на поле сейчас не выходит, будет играть за взрослую команду». Помню, что я летал в той игре, как на крыльях! То время, когда я питал надежды стать профессиональным футболистом, было лучшим в моей жизни. Обиды из-за того, что на профессиональном уровне я у него так и не заиграл, у меня нет — сам понимал, что после травмы не тяну. Василию Сергеевичу в первую очередь был нужен результат. Я благодарен ему за всё.

Переживал за каждого футболиста

В 1985 году Фомичёва после падения результатов из команды снова убрали. Зато в 1993 году он стал тренером-консультантом барнаульской команды «Политехник-1992», которой предстояло принять участие в только что появившемся уже российском футбольном первенстве.

«Политехник-1992» можно было назвать командой уникальной. Многих игроков собирали чуть ли не по автобазам и заводам, но при этом команда дала российскому футболу немало сильных игроков. Именно там начали карьеру Андрей Силютин, Виктор Исайченко и Александр Суровцев.

— Я в «Политехнике-1992» оказался отчасти случайно, — вспоминает Александр Суровцев, в прошлом один из сильнейших вратарей «Динамо», «Томи», с которой выигрывал первую лигу, сейчас — тренер молодёжного состава «Темпа». — Пришёл после армии, играл за «ВРЗ». Причём ворота защищал без перчаток, на поле выходил в кедах. В «Динамо» прознали, что есть такой вратарь, который вроде как ловит всё. Тренер «Динамо» Станислав Каминский пришёл на меня посмотреть. Как раз был дождь, и я в своих кедах поскользнулся, ошибся в эпизоде. Каминский рукой махнул и ушёл. А Фомичёв меня взял. Так что если бы не он, я бы, возможно, и вообще профессионально не играл, — вспоминает Суровцев.

Как говорит Суровцев, в это время Фомичёв, которому было уже под 70, стал мягче, к футболистам относился как к внукам. Но на тренировках гонял их, как и в молодости.

— Василий Сергеевич был жёстким. Но не злым — справедливым. Переживал за каждого, о футболе, конкретных матчах с каждым персонально мог минут по сорок разговаривать, — рассказывает Суровцев.

Первый раз попросил холодильник

В барнаульском «Динамо» в начале 1990-х работал Станислав Каминский. Двух тренеров часто сравнивают, хотя делать это сложно и из-за разных подходов к тренировкам, и к построению игры, да и вообще к отношению к жизни.

«Фомичёв — человек советской системы. Он считал, что государство ему всё дало, и он должен отплатить результатом. Интересы команды, коллектива он всегда ставил выше личных, и в нём всегда чувствовалась военная закалка — аккуратный, требовательный, немногословный. Каминский был другим, в его семье было много представителей интеллигенции, он был больше человеком западной культуры», — считает Виталий Дворянкин.

Как отмечает Виктор Волынкин, Фомичёв делал акцент на физической готовности, Каминский больше внимания уделял тактике, контролю мяча, хотя и «физику» ставил приличную. При этом сам Волынкин, работая тренером, использовал методики обоих наставников.

— Тренировки Фомичёва я через себя пропустил, ощутил положительный сдвиг в функциональной готовности. И потом, когда был тренером «Динамо», эту работу вёл по его конспектам. Зато вот недавно ездили на товарищескую игру ветеранов в Рубцовск, там Сергей Кормильцев мне сказал: «Если бы вы нас так не гоняли, вряд ли бы я дошёл до киевского «Динамо», — рассказывает Волынкин.

Несмотря на заслуги, Василий Фомичёв оставался скромным.

— Уже когда он болел, я к нему заходил, он жил в доме на проспекте Ленина, где раньше был магазин «Сотый». Сидим, чай пьём, Фомичёв рассказывает: «Вот, холодильник дали. Жена наехала, мол, ты главный тренер, не можешь для себя что-то выбить? Я закрыл глаза и холодильник у руководства попросил, первый раз такое», — вспоминает Александр Суровцев.

Женился Василий Сергеевич поздно, и семейная жизнь оказалась недолгой — через 13 лет совместной жизни красавица-супруга Мария, председатель профкома завода «Трансмаш», ушла из жизни. Детей у них не было, может быть, этим и объясняется любовь Фомичёва к работе с юными футболистами.

Василий Сергеевич ушёл из жизни 8 ноября 1999 года, похоронен на Власихинском кладбище. Уже много лет весной в Барнауле проводят турнир памяти Фомичёва, в котором участвуют ведущие любительские футбольные команды Сибири.

Ярослав Махначёв, «Вечерний Барнаул».

Ещё по теме: «Игра по совести»